txt-analiz 131205.

АНАЛИЗ ТЕКСТА

Если предлагаемый текст оскорбит Ваши религиозные чувства  или бросит тень на Вашу честь и достоинство,  простите!

Я этого не хотел.

 

 

В детстве, читая и слушая тексты, я беззаветно верил автору. Меня восхищал Тимур Гайдара, я сочувствовал Мальчишу-Кибальчишу, а уж буржуинов иначе как «проклятыми» не называл. Завораживали стихи и, особенно, песни. В них для меня звучала только музыка, смысл слов ускользал.

На Дону и в Замостье

Тлеют белые кости

Над костями поют ветерки.

Помнят псы-атаманы,

Помнят польские паны

Конармейские наши клинки.

Ах, как хотелось скакать на лихом коне с саблею в руках в одном строю с героями-будёновцами.

Со временем, однако, (годам к 16) стал постепенно доходить до меня и смысл. В этом большую роль сыграл В. И. Ульянов (кличка – «Николай Ленин»). Несмотря на протесты родителей, я внимательно прочитал его сочинение «Материализм и эмпириокритицизм». Очень мне хотелось узнать, что такое эмпириокритицизм и чем он хуже материализма. Книга меня поразила. Там не сказано, что такое этот эмпириокритицизм, чем он отличается от материализма, почему хуже. Автор не спорил со своими оппонентами, а ругался. Не приводил ни их, ни своих доводов и аргументов, а просто обзывал их обидными словами.

Вторым моим учителем был Трофим Денисович Лысенко. В 1956 году, когда я учился в МГУ им. Ломоносова (бывшего им. Покровского), был расцвет мичуринской биологии. Нам читали много лекций о том, как она хороша, но в чём именно заключается, не говорили. Ну, взял я шикарно изданную книгу «Агробиология» (на неё ссылались, как на основное учение). И что я вижу? Сборник газетных статей и сообщений о разрозненных фактах (причём ни метод, ни объём исследования не указаны). А то, что хоть за уши, но можно притянуть как теория – махонькая брошюра «О виде и видообразовании» - совсем хороша. В ней столько логических ошибок, что кажется, будто это – тест на идиотизм. Я несколько раз перечитывал брошюру, пытался вникнуть, понять (ведь, apriory, я был уверен, что в ней истина). Но, в конце концов, пришел к выводу: «112. Если ты не в силах понять "умную фразу", не спеши признать идиотом себя - может быть дело в авторе».

Гораздо позднее (годам к 30) я обратил внимание, что в литературе описываются только редкие, как правило, уникальные события: Данко, Ромэо и Джульета, Оливер Твист. Даже в социалистическом реализме – часто ли мать (Горького) распространяет листовки, а рядовой инженер оказывается шпионом.

Отсутствие внимания к сути сказанного, как я специально фиксировал, широко распространено не только среди детей, но и среди взрослых. «46. Оценивая истинность высказывания, люди прежде всего смотрят - кем сказано, затем - как сказано, и лишь потом - что сказано. (Если, конечно, содержание высказывания не задевает их личных интересов.)».

Поэтому я решился привести здесь ряд текстов, которые меня особенно «заедают», чтобы показать их смысл, выпирающий наружу, если читать с открытыми глазами.

Любой текст (особенно поэтический) содержит информацию, которую автор совсем не думал сообщать. Она вырывается из его подсознания и часто остаётся незамеченной не только автором, но и многочисленными читателями. А вот такому идиоту, как я, бросается в глаза.

 

ГИМН СОВЕТСКОГО СОЮЗА

Начну с гимна. Даже в нём – в этом до предела выверенном тексте – вылезает потаённая мысль автора (или редактора).

Союз нерушимый республик свободных

Сплотила на веки Великая Русь1.

Да здравствует, созданный волей народов2,

Единый, могучий Советский Союз.

1 Из этих двух строчек следует, что свободные республики вошли в союз не добровольно, а их сплотила Русь.

2 Казалось бы, эта строка противоречит предыдущим, что, союз, мол, создан волей народов. Но это противоречие кажущееся. Дело в том, что в тот период народом считались лишь те, кому принадлежит власть. Об этом писали прямо, не скрывая: «В нашей стране власть принадлежит народу».

 

          УМРЁМ

Слушай, товарищ, война началася,1

Бросай своё дело, в поход собирайся2.

   Смела3 мы в бой пойдём

   За власть советов.

   И как один умрём

   В борьбе за это.

Вот показались белые цепи.

С ними мы будем драться до смерти.

   Смела мы в бой пойдём

   За власть советов.

   И как один умрём

   В борьбе за это.

1 Не «на нас напали», а просто началась и всё.

2 В «довоенные годы», то есть до самого начала Великой Отечественной Войны (той части второй мировой войны, которая началась с вероломного нападения фашистской Германии на своего союзника - СССР), война описывалась как поход. И правители, и население были уверены, что «мы будем воевать малой кровью на чужой территории». Помните красивую песню «дороги» на слова Симонова? «А кругом земля дымится, чужая земля».

3 Правильно «смело», но пели «смела».

Слышал по радио и не один раз в те года, когда «радиом» называли трансляцию по проводам единственной программы на всю страну. В те времена часто передавали песни, прославляющие бродяг, зэков и тех, кто боролся с существующей властью (по современной терминологии «экстремистов» и «террористов»).

В этой песне очень чётко выражена установка на то, что не власть для человека, а человек для власти. Эта мысль сквозит и в позднейших произведениях. Вспомните «Солдатский вальс». «Так пусть же смерть в огне, в дыму бойца не устрашит. И что положено кому, пусть каждый совершит». (Интересно отметить, что офицеров к смерти не призывали). Эту установку пропагандировали не только на словах, но и на деле. Героями называли тех, кто грудью ложились на пулемёт, бросались под танки, направляли свой самолёт на вражеский эшелон, шли на таран и совершали другие самоубийственные подвиги. К такому героизму не только призывали, но и требовали выполнения - давали разнарядку.

Не надо думать, что приоритет государства над личностью (призыв умереть за родину) изобретён большевиками. Их противники держались того же мнения. В их песне (которую как раз и переделали на свой манер большевики) говорилось:

   Смело мы в бой пойдём

   За Русь святую.

   И как один прольём

   Кровь молодую.

И, вообще, превосходство коллективного над индивидуальным свойственно всем «социальным» животным. Примеров тому очень много. Здесь напомню лишь медоносных пчёл. Когда рабочая пчела жалит, защищая свой улей, она погибает, так как не может извлечь жало из тела врага.

 

ПО ВОЕННОЙ ДОРОГЕ

   По военной дороге

Шел в борьбе и тревоге

Боевой восемнадцатый год.

Были сборы не долги,

От Кубани до Волги

Мы коней собирали1 в поход.

   Дни те грозные были,

Мы с Будённым ходили

На рысях на большие дела8.

По курганам горбатым,

По речным перекатам

Наша громкая слава прошла.

   На Дону и в Замостье2

Тлеют белые кости

Над костями поют ветерки3.

Помнят псы-атаманы4,

Помнят польские паны5

Конармейские наши клинки.

   Если в край наш спокойный,

Хлынут новые войны,

Проливным пулемётным дождём,

По дорогам знакомым

За любимым наркомом6

Мы коней боевых поведём7.

1 Кони – не грибы, их не собирали. А отбирали у населения.

2 Предместье Варшавы.

3 Мёртвых не хоронили. Ни чужих, ни своих.

4 Украинские повстанцы.

5 Помнят. И, потому, стремятся в НАТО.

6 В первой половине социализма так называли министров.

7 Так и собирались воевать: на тех же дорогах, на тех же лихих конях.

8 «Ходить на дело» - типичная феня – сленг уголовников.

 

      КРАСНЫЕ КАВАЛЕРИСТЫ

Мы - красные кавалеристы

И про нас

Былинники речистые

Ведут рассказ.

О том, как в ночи ясные,

О том, как в дни ненастные

Мы смело, мы гордо в бой идём.

Веди Будённый нас смелее в бой!

Пусть гром гремит, пускай пожар кругом, пожар.

Мы – беззаветные герои все,

И смысл нашей жизни есть борьба.

Не зря людей, которые распевали такие песни, считали не по головам, а по штыкам и саблям.

 

                             КАХОВКА

   Каховка, Каховка. Родная винтовка.

Горячая пуля, лети.

Иркутск и Варшава, Орёл и Каховка –

Этапы большого пути.

   Ты помнишь, товарищ, как пули звенели,

Как ловко строчил пулемёт.

И девушка наша проходит в шинели

Горящей Каховкой идёт.

   Ты помнишь, товарищ, как вместе сражались,

Как нас обнимала гроза.

Тогда нам обоим сквозь дым улыбались

Её голубые глаза.

   Под солнцем горячим, под ночью слепою

Немало пришлось нам пройти.

Мы – мирные люди, но наш бронепоезд

Стоит на запасном пути.

Вот какие люди считаются у нас мирными.

 

МАЯКОВСКИЙ. СТИХИ О СОВЕТСКОМ ПАСПОРТЕ.

Я волком бы выгрыз бюрократизм,

К мандатам почтения нету.

Ко всем чертям с матерями катись

Любая бумажка1, но эту …

Я достаю из широких штанин,

Дубликатом бесценного груза …

Читайте, завидуйте: я – гражданин

Советского Союза.

1И партбилет?

Он воспевает загранпаспорт. О нём многие мечтали, т. к. он позволял покинуть Родину (других паспортов в России тогда не было).

 

МАЯКОВСКИЙ. ПОЭМА «ХОРОШО».

«Я земной шар чуть ни весь обошел,

И жизнь хороша, и жить хорошо1.

А в нашей буче – боевой, кипучей2

И того лучше.»

1А нас уверяли, что весь мир «страдает под игом капитала».

2Оказывается «Социалистический порядок» на самом деле был «кипучей бучей».

 

Там же он описывает Москву.

Вьётся улица – змея1.

Дома вдоль змеи.

Улица - моя, дома – мои2.

1Значит кривая. Верно. В те времена в Москве почти (а может быть, и вообще) не было прямых улиц. И С. Есенин писал «На Московских изогнутых улицах умереть знать сулил мне бог». И я подтверждаю. Даже спустя примерно 30 лет во всём «Приарбатье» от Охотного ряда (он же улица Горького) до Осторженки (она же Кропоткинская) не было ни одной прямой улицы или переулка. Я этот район хорошо знал, т. к. жил в Староконюшенном.

2Так может сказать только тот, кто не имеет своего дома. А его не было ни у одного горожанина.

…………………

От мух кисея3.

Сыры не засижены4

Лампы сияют,

Цены снижены5.

3 Значит, мух очень много.

4 Имеется в виду мухами. Если человек замечает, что сыры не засижены, значит, это – редкость.

5 Верно. Цены регулярно снижали. При этом подешевевший товар исчезал. На смену ему появлялся такой же, но под новым названием и с ценой, превосходившей прежнюю.

 

Пыль взбили1 шиной губатой

В моём автомобиле мои депутаты.

Сидите не совейте2

В моём Моссовете3.

1 Улицы столицы, да и то не все, были мощены булыжником и пыль, порой, стояла столбом.

2Они действительно «совели», т. к. делать им было нечего – все решения принимали не они.

3По этой строке я понял, что речь о Москве.

 

Пушки возятся

Идут краснозвёздцы1.

Приспособил к маршу

Такт ноги.

Ваши враги –

Мои враги.

Лезут – хорошо2

Сотрём в порошок.

1Так запросто идут войска по улицам «Столицы мира».

2Население страны действительно уверяли, что нас «со всех сторон окружают враги» и что они «всё время лезут на нас». Это было так крепко в бито, что многие до сих пор придерживаются такого мнения.

 

Розовые лица,

Револьвер желт –

Моя милиция

Меня бережет.

Жезлом правит,

Чтоб вправо шел,

Пойду направо.

Очень хорошо.

Рабская привычка во всём подчиняться.

 

У Маяковского такого полно, всё не перебрать. Последний пример. О Ленине ("Николай Ленин" - одна из кличек В.И. Ульянова).

«                                       …зажата

В огромный лоб огромная мысль»

Всего одна мысль. И та не обдумывается, а зажата.

 

ПАРАВОЗ

Наш паровоз вперёд лети,

В коммуне остановка.

То есть коммуна – конец пути.

 

         ПЕСНЯ О ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ

Сотня юных бойцов из будёновских рот

на разведку в поля поскакала.

Они ехали молча в ночной тишине

по широкой украинской степи.

Вдруг вдали у реки

засверкали штыки

это – белогвардейские цепи.

И бесстрашно отряд поскакал на врага.

Завязалась жестокая битва.

И боец молодой

вдруг поник головой –

комсомольское сердце пробито.

Он упал возле ног вороного коня

и закрыл свои карие очи.

«Ты, конёк вороной,

передай дорогой,

что я честно погиб за рабочих».

Вместо разведки ввязались в бой.

Боролись не за благо народа, а за определённый класс, который составлял лишь малую долю (несколько процентов) населения страны, против всех остальных.

 

          ПЕСНЯ О МАТРОСЕ ЖЕЛЕЗНЯКЕ

Он шел на Одессу, а вышел к Херсону.

Это – не про Сусанина, а про красного командира (и с гордостью). Дело в том, что любые действия своих считались заведомо правильными.

 

ПЕСНЯ О СТАЛИНЕ

Нам даны сверкающие крылья,

Смелость нам великая дана.

Песнями любви и изобилья

Славится советская страна.

Не любовью и изобилием, а песнями про это. А поют про то, чего нет.

 

      МАВЗОЛЕЙ

Камень на камень,

кирпич на кирпич.

Умер наш бедный

Владимир Ильич.

Слабой моей не понять головой.

Он же и умер, и вечно живой?

 

       ГРЕНАДА

Он бросил пахать

и пошел воевать,

чтоб землю в Гренаде

крестьянам отдать.

Хотел не работать,

а распределять.

 

               КОСМИЧЕСКАЯ

Заправлены в планшеты космические карты,

И штурман уточняет в последний раз маршрут.

Давайте-ка, ребята, закурим перед стартом –

У нас ещё в запасе четырнадцать минут.

Я верю, друзья, караваны ракет

Помчат нас вперёд от звезды до звезды.

На пыльных тропинках далёких планет

Останутся наши следы.

Какая красивая песня! Но, ведь, в ней Войнович высмеивает наше разгильдяйство и шапкозакидательство. До старта всего 14 минут, а маршрут ещё не уточнён. Космонавты курят. А летать от звезды до звезды собираются на ракетах.

В том же духе песня лётчиков тридцатых годов 20-ого века.

Летим мы по вольному свету,

Нас ветру догнать не легко.

До самой далёкой планеты

Не так уж, друзья, далеко.

В те времена самолёты были с бензиновым двигателем и пропеллером. Они не могли покинуть атмосферу. И, вообще, летят медленнее ветра, а замахнулись на самые далёкие планеты.

 

Люди чувствовали фальшь. Так на предвоенное бравурное:

Если завтра война,

Если завтра в поход,

Будь сегодня к походу готов.

Откликнулись:

Если завтра война,

Пушку слепим из говна,

В жопу пороха набьем,

Всех фашистов1 перебьём.

1 Речь идёт об итальянских фашистах, а не о германских национал-социалистах, которые считались союзниками. «Фашистами» их стали называть после того, как Германия вероломно, вопреки договору о дружбе и ненападении (это подчёркивалось) напала на СССР.

 

КРАСНАЯ АРМИЯ

Белая армия, черный барон

Снова готовят нам царский трон,

Но от тайги до британских морей

Красная Армия всех сильней.

     Так пусть же красная

Сжимает яростно

Свой штык мозолистой рукой.

И все должны мы

Неудержимо

Идти в последний смертный бой.

Это – не песня, а агитка.

 

КТО УКРЕПИЛ ЦАРСКУЮ ВЛАСТЬ.

Время за дело приняться.

В бой поспешим поскорей.

Нашей ли рати бояться

Призрачной силы царей.

Всё, чем крепятся их троны,

Дело рабочей руки.

Сами набьём мы патроны,

К ружьям привинтим штыки.

В этой революционной песне прямо сказано, что троны царей укрепили рабочие.

 

ВОЗВРАТ К ОГЛАВЛЕНИЮ